Уральский завод химического машиностроения

• Текст:
  8 мая 2026
• Добавить в кабинетДобавлено в кабинет

По проектному заданию, утвержденному в августе 1931 года, завод предназначался для выпуска турбокомпрессоров и тяжелой химаппаратуры. Объем выпускаемой продукции на стадии ввода завода в эксплуатацию планировался 120 тысяч тонн в год с последующем доведением этих показателей до 200–240 тысяч тонн в год. Тогда же в 1,5 километрах западнее плотины Нижне-Исетского пруда и в 12 километрах от Свердловска, вдали от дорог и коммуникаций, началась расчистка места под строительство цехов нового завода. Возможно, определенную роль при выборе места сыграло промышленное прошлое этого района. 

Соцгород при заводе, с магазинами, больницей, школами, детскими садами и другими объектами, планировалось строить между Карасьим озером и Нижне-Исетским прудом. К несостоявшимся масштабным проектам территории относятся Трансуральский (Камско-Тобольский, Камско-Иртышский) водный путь длиной более 3 тысяч километров, соединяющий бассейны Волги и Оби. Впервые его идея прозвучала еще в XIX веке; в 1910-е годы разрабатывалось несколько вариантов реализации. Став снова актуальным в период индустриализации, он предполагал создание речного порта на Нижне-Исетском пруду в непосредственной близости от Химмаша. Второй объект — причальная мачта для дирижабля и аэровокзал, — согласно Постановлению Обкома ВКП(б), должен был начать функционировать в начале 1935 году. Четырехгранная ажурная 40-метровая конструкция, притом самая высокая в СССР и Европе, появилась, но ее строительство сильно отвлекло от завода, запустить который на тот момент планировали в 1934 году. 

Строительство Уралхиммаша не было включено в список ударных строек Советского Союза. Финансирование строительства завода и поселка при нем должно было составить 200 миллионов рублей. Однако из-за невыполнения заданий 1930 года «был взят курс на сокращение расходов и укрепление финансовой дисциплины. На I Всесоюзной конференции работников социалистической промышленности в январе-феврале 1931 года Г. К. Орджоникидзе высказался за ограничение до минимума количества новых строек». Организационные и финансовые неувязки привели к тому, что, к примеру, за первый квартал 1932 года контрольные цифры финансирования строительства менялись пять раз, притом в очень существенном диапазоне, а реальное финансирование отставало и от этих хаотично меняющихся сумм. 

Сквер перед заводской проходной Уралхиммаша, 1950-е

Из-за нехватки людей, квалифицированных специалистов, средств, жилого фонда, Государственный строительный трест Союзстроя СССР не выполнил запланированный объем работ к установленному сроку. Проверки говорили о колоссальной текучести кадров, отсутствии учета и контроля, превышении расходов и растягивании сроков строительства объектов. Комиссия 1932 года констатировала, что «...физическое выполнение строительства выявить нельзя, да по существу основного строительства еще совершенно не велось». 

К 1934 году, когда произошло разукрупнение Уральской области и сокращение финансирования большинства строек, из промышленных объектов успели построить только вспомогательные: протянуть узкоколейку от поселка Кольцово, построить корпус трансформаторной подстанции, лесопилку и насосную станцию. Руководство стройки в связи с изменением директив и планами пятилеток неоднократно менялось, вследствие чего в 1935 году строительство завода было приостановлено. Консервация привела к растаскиванию жителями округи стройматериалов и прочих материальных фондов стройки. Пострадали не только ее объекты, но и ее администрация, отданная под суд. 

К строительству Уральского завода химического машиностроения возвратились лишь в 1938 году после внесения стройки в программу третьей пятилетки — «пятилетки химической промышленности». Реальное движение началось лишь в 1940, но из-за срыва планов в первой половине 1941 года стройка была заморожена, а ее администрация репрессирована. 

Сначала строителей Уралхиммаша разместили в частных домах, позже началось строительство барачного городка из каркасно-насыпных домов. «…к 1941 году стройплощадка завода существовала уже 10 лет, но по факту это был завод-мираж». Строительство оживилось в августе 1941 года, когда сюда эвакуировали оборудование, сырье и персонал киевского завода «Большевик», а его директора, В. П. Курганова (1910–1975), назначили и директором Химмаша. Эвакуированное оборудование сначала расположили в лесу прямо под открытым небом, одновременно возводили цеха и достраивали необходимую для обеспечения производства энергией электростанцию. 

В октябре 1941 года производство заработало и начались поставки: сначала оборудования для выплавки алюминия Нижнетагильскому коксохимическому комбинату и Уральскому алюминиевому заводу (в условиях войны потребность в алюминии для производства самолетов оказалась сверхвысокой), а в феврале 1942 года — минометов для фронта. Именно эта дата и стала отправной в истории запуска завода. В годы Великой Отечественной войны троллейбусная линия связала Химмаш с центром Свердловска. 

После Великой Отечественной войны началась застройка района Химмаш капитальными домами, которые постепенно вытеснили бараки. Во второй половине 1940-х это были двухэтажные общежития по типовым проектам, в 1950-х — дома по индивидуальным проектам в стиле сталинского ампира на улице Грибоедова — главной улице района, возникшей на месте Нижне-Исетской слободы (начальное название — улица 1 Мая). Часть домов на улице Грибоедова построили пленные немцы: один из двух лагерей для военнопленных в области размещался на территории Химмаша. На периферии района строились шлакоблочные и брусковые дома. В 1960-х годах появились хрущевки серии 1-447 различных модификаций, а позже дома 12–16 этажей. Несмотря на разницу стилей, жилой массив района получился целостным и живописным, с большим количеством зелени. 

Территория завода, как это практиковалось в проектах соцгородов, является прямым продолжением селить бы. Их объединяет общая ось, на которой расположена невысокая заводская проходная. 

По обеим сторонам здания проходной завода построены небольшие пристройки белого цвета с колоннами. Внутри них установлено четыре скульптуры в полный рост. Это фигуры сталевара, штукатура, сварщицы и инженера. 

В 1957 году перед заводской проходной разбили сквер, который стал главным «парадным» пространством района до 1960-х годов, когда на смену скверу пришел Дворец культуры Химмаша по проекту архитекторов В. Г. Кусенко и В. В. Пермякова. В соцгороде строились школы, детские сады, кинотеатр, другие объекты инфраструктуры, а на берегу Нижне-Исетского пруда возник летний парк «Химмаш» со спортивными площадками, аттракционами и открытой сценой, где проходили концерты и выступления. 

В конце 1940-х годов построены мощные кузнечнопрессовый и литейный цеха, установлены крупные металлорежущие станки, а в начале 1950-х начато изготовление сушильных и прокалочных печей, газогенераторов, карбонизационных колонн. Все это позволило в 1958 году освоить выпуск широкого спектра химического оборудования и в промышленных масштабах начать производство емкостного, фильтровального, теплообменного, электролизного оборудования. В последующей судьбе завода значительную роль сыграл Атомный проект СССР. Сразу после войны на Уралхиммаше разрабатывали оборудование для атомной промышленности. В частности, с 1951 года — узлы для атомных реакторов. Завод участвовал в производстве и поставке оборудования для зарождавшихся на Урале радиохимического и других производств с высоко агрессивными средами, сложными физико-химическими технологиями и режимами.

Фрагмент заводской территории завода Уралхиммаш

В 1960–1970 годах шел выпуск автоматизированных линий для производства синтетического каучука, аппаратов с вращающимися барабанами, агрегатов синтеза аммиака. Оценкой деятельности завода стало его награждение в 1971 году орденом В. И. Ленина.

Ныне предприятие по-прежнему является одним из ключевых в отрасли тяжелого машиностроения не только в Екатеринбурге, но и в России, вышло на мировой рынок. «Уралхиммаш» стал предприятием почти с полным технологическим и производственным циклом. Недостающим звеном на заводе является лишь отсутствие производства металла, который привозят сюда со смежных предприятий в четырех видах: сортовом, листовом, в виде поковок или труб. В России оборудование от Уралхиммаша ныне стоит на Ленинградской, Ростовской, Нововоронежской, Курской, Кольской и Белоярской АЭС. С Белоярской АЭС завод тесно сотрудничал с первых дней ее существования, для строительства шахты реактора БН-800 Химмашзавод поставил соответствующее оборудование общей массой почти в 1 тысячу тонн.

Стоимость отработавшего станочного парка Химмаша надо оценивать не потенциальной стоимостью их металла для переплавки, а их историко-культурной ценностью в единицах воспроизводства регионального менталитета и соответствующего ему человеческого капитала, «генетически» связанного с машинами и исторически с большими «махинами». В 2022 году Уралхиммаш стал активным участником федеральной программы по развитию промышленного туризма в России. Разработано три туристических маршрута, каждый из которых включает в себя посещение Музея истории Уралхиммаша.

На обложке: Предзаводская площадь Химмаша

• Фото:Предоставлены Музеем истории завода «Уралхиммаш»