Рок-н-ролл на Володарского. Продолжение истории

Музыкальные истории, связанные со зданием на ул. Володарского, 9 (ДК Свердлова, он же клуб «Профинтерн»), охватывают гораздо более длинный временной отрезок, чем пять лет, ассоциирующиеся у многих с работой свердловского рок клуба. В первой части материала, посвященного рок-музыке, звучавшей в здании бывшего ДК, журналист и автор книг об истории свердловского рока Дмитрий Карасюк рассказал о первых рок-н-ролльных аккордах, прозвучавших в здании и предыстории официального открытия рок-клуба в Сведловске в 1986 году. TATLIN публикует вторую часть расшифровки его лекции «Рок-н-ролл на Володарского».      

«… В рок-клубе сформировалось сразу несколько секций. Информационная секция занималась выпуском самиздатовских журналов. В свердловском рок-клубе их было два: толстое “Свердловское рок-обозрение”, своего рода альманах, и тоненькая “Марока” (что расшифровывалось как “маятник рока”). Журнал “Марока” планировали сделать ежемесячным, но в ежемесячном режиме он выдержал всего полгода. Была также и оформительская секция. Это уникальное явление для рок-клуба: концерты, которые проходили в свердловском рок-клубе, отличались от ленинградских и московских тем, что сцена здесь всегда была оформлена декорациями, музыканты — одеты в специально приготовленные костюмы. Сказывалось наличие в городе такого образовательного учреждения, как Свердловский архитектурный институт. Была, конечно, и техническая секция, которая отвечала за свет и звук. Организационная секция занималась самой организацией концертов. Работники этих секций не были музыкантами, но составляли очень важную часть свердловского рок-движения. Ведь главная задача музыкантов — творить, а для того, чтобы оформить их творчество в какой-то цельный продукт,  который можно показать слушателям, должна существовать команда. Такая команда в свердловском рок-клубе была, и благодаря концепции, разработанной Николаем Граховым, работала очень хорошо.

Фестиваль СРК, 1986 год, фото Дмитрия Константинова 

Как она работала, показал первый свердловский рок-фестиваль, который проходил в ДК имени Свердлова 20–22 июня 1986 года. Фестиваль официально назывался “Творческой мастерской”, и никакого отбора на него практически не было (не было предпросмотров). Дело в том, что в Советском Союзе существовала очень сложная система по не допуску непрофессиональных любительских музыкантов к своим слушателям. Для того чтобы группа могла выступить, ее должны были аттестовать. Группа выступала перед специальной комиссией, которая оценивала ее исполнительский уровень и решала, достойна ли она на такое ответственное дело, как выступление перед широкой аудиторией. 

Кроме того, каждую песню должны были “залитовать” (слово “литовка” произошло от сокращения “главлит” — управление цензуры): на каждом листочке с текстом должна была стоять круглая печать и подписи ответственных лиц, которые ручались за то, что в песне нет никакой крамолы, и ее без всякого риска можно разрешать слушать неподготовленным слушателям. Даже музыку, инструментальные композиции, полагалось “литовать”, их оценивали профессиональные композиторы. 

В Свердловске с “литовкой” песен очень лютовали. Были даже анекдотические истории, когда к исполнению не допускались тексты, уже напечатанные в книгах. В частности, группа “Метро” пыталась “залитовать” напечатанный текст бельгийского поэта-коммуниста Мориса Карема, но он не был одобрен нашим Управлением культуры. То, что текст уже был напечатан в Советском Союзе, и значит прошел цензуру, группе “Метро” не помогло.

Удалось договориться, что первый фестиваль будет чем-то вроде заседания той самой аттестационной комиссии. Он включал пять концертов: один вечером в пятницу и по два в субботу и воскресенье. Это было закрытое мероприятие, только для членов рок-клуба. Концерты проходили так: группа выступала, потом садилась на свои места в зале, в то время как другая группа вставала с соседних рядов и шла на сцену. То есть зрителей, “народных масс”, на концертах не было, музыканты выступали сами перед собой. Группы на этот фестиваль попадали по известности. Некоторые из них уже обладали каким-то сценическим опытом, у некоторых были свои альбомы, были группы, о которых просто знали в музыкальной тусовке. Для 11 групп из 20, то есть более чем для половины, выступление на этом фестивале стало сценическим дебютом, но не для всех успешным: некоторые выступили в первый и последний раз.

Группа «Р-клуб», фестиваль СРК, 20 июня 1986 года, фото Олега Раковича

Фестиваль начался очень круто. Первый концерт открывала группа “Р-клуб”. На сцене появился размалеванный под группу Kiss вокалист Сергей Долгополов и страшно заверещал пронзительным голосом (это была тяжелая металлическая группа). Некоторые ответственные товарищи в зале тихо сползли со стула... По результатам этого фестиваля группа “Р-клуб” не была аттестована. Участь того, кто идет впереди, всегда тяжела; может быть, если бы они выступили на второй или третий день, их бы аттестовали (ведь группа была профессиональная). Но высокое жюри испытало шок от того, что видят такое в центре социалистического Свердловска. “Р-клуб” произвел на них неизгладимое впечатление.

Замыкало первый концерт выступление группы “Чайф”. Это было их третье выступление в Свердловске; второе вышло провальным, поэтому на тот момент акции группы “Чайф” котировались не высоко. Их выступление на фестивале было, наверное, самым лучшим за всю историю группы (которая насчитывает 32 года). Они выходили как на последний бой. Я думаю, что если бы они выступили плохо, то 20 июня 1986 года группа “Чайф” закончила бы свое существование. Но выступление получилось феерическое: они поймали волну энергии из зала, схватили ее, бросили обратно, и эта волна так и ходила, отражаясь между музыкантами и залом, в течение всего их сорокаминутного выступления. Зрители плясали в проходах и на сидениях...

Группа «Чайф», фестиваль СРК, 20 июня 1986 года

На утреннем концерте второго дня выступала Настя Полева. Для Насти это не было сценическим дебютом, до этого она выступала в качестве вокалистки группы “Трек”. Но это был дебют ее сольного проекта, который тогда еще не имел названия “Настя” и назывался “Анастасия Полева и друзья”. Среди “друзей” были группы “Наутилус Помпилиус” и “Урфин Джюс” в полном составе. Это было выступление во всех смыслах “супер-группы”. Во время исполнения песни “Тацу” участники группы устроили целое шоу: Бутусов, Пантыкин и Белкин ходили по кругу и стучали какими-то железками, а в мегафон “голосом врага” по-английски кричал Дмитрий Умецкий. Но присутствие всех звезд на сцене оказало несколько неожиданный для всей группы эффект: Настя немного потерялась среди этих “монстров рока”, и хотя зал принимал группу хорошо, короткое выступление Насти (она спела всего пять песен) не произвело ожидаемого музыкального эффекта.

Настя Полева, фестиваль СРК, 21 июня 1986 года, фото Олега Раковича

Во второй день случился самый громкий скандал фестиваля, связанный с выступлением группы “Флаг”. В состав группы входили профессиональные музыканты, основным местом работы которых был ресторан “Старая крепость”. Их программа не содержала ничего, что могло бы шокировать жюри, но скандал был вызван визуальным рядом выступления: лидер группы Сергей Курзанов (без всякой задней мысли) решил проиллюстрировать название своей группы. Перед выступлением он купил в ЦУМе напротив здания ДК красную материю и смастерил из нее красный флаг, а для того, чтобы флаг выглядел боевито, зажигалкой пропалил в нем несколько дырок. Небольшая заминка произошла с тем, что на советском знамени должны были присутствовать серп и молот желтого цвета. Желтой материи не было, и серп и молот вырезали из желтых махровых носков Курзанова. Во время первой песни флаг подняли над сценой, и жюри сочло, что это идеологическая диверсия. Потом в газетах писали, что музыканты “держали гитары наперевес, как автоматы, и имитировали расстрел советского знамени” (но никто не объяснил, как можно держать гитары иначе). На второй песне выступление группы прервали: вышел Александр Калужский (постоянный ведущий всех крупных концертов и фестивалей свердловского рок-клуба) и опустил микрофон в пол.

Главным событием вечернего концерта второго дня было выступление группы “Урфин Джюс”, которая по всем табелям о рангах котировалась очень высоко. Выступление получилось очень пафосным, но провальным. За время вынужденного простоя, когда группа не имела контактов со своей публикой, она не заметила, что время ее музыки ушло и ее надо менять. 

Выступление на этом фестивале оказалось последним выступлением группы “Урфин Джюс” в ее классическом составе. Пантыкин возродил группу несколько лет спустя, но это был уже совсем другой “Урфин Джюс”.

На третий день фестиваля пришлось выступление группы “Наутилус Помпилиус”. Среди рок-тусовки “Наутилус” уже имел звездный статус, и все их старые и новые песни принимались на ура. В финале они спели “Последнее письмо”: подбоченившись, стоял Бутусов, размалеванный под Пьеро, а сзади толпа рокеров (Шахрин, Кормильцев и другие) дружно подпевали “Гуд бай, Америка, о-о-о!”. Это было их единственное выступление в таком “пьерошном” виде. Костюмы сделали дизайнеры Татьяна Безматерных и Лидия Орлова. Костюмы варили в трех водах и красках, но из-за постоянных репетиций накануне, как рассказывает Орлова, лица у музыкантов были зеленые. Тогда она придумала разрисовать их в духе Кандинского, треугольниками и геометрическими фигурами, чтобы зеленоватый оттенок кожи смотрелся деталью художественного замысла.

Группа «Наутилус Помпилиус», фестиваль СРК, 22 июня 1986 года, фото Дмитрия Константинова

Главным событием последнего концерта стало выступление группы “Без названия” или “Группы Игоря Скрипкаря”. Это был будущий “Кабинет” (к тому времени участники группы еще не придумали этого названия).

На фестивале выступили 20 групп, и по результатам жюри из них были аттестованы 11. Главный скандал фестиваля, группа “Флаг”, решением общего голосования была на полгода отчислена из состава рок-клуба.

Потом была последняя антироковая кампания в свердловской прессе. На последний концерт фестиваля проникла журналистка Мария Пинаева и записала его тайком. Именно в ее изложении появлялись “гитары, как автоматы, наперевес”. Также она возмущалась, что это за таинственные названия у групп: “Урфин Джюс” (в скобках она переводила это как “еврейский сирота”), “Наутилус”, “Кунсткамера”. “Наверняка в них скрыты заговорщические мотивы” (Мария Кирилловна очень любила конспирологию, особенно масонскую). Но эта кампания окончилась ничем, и 5 октября 1986 года в ДК Свердлова, на той же сцене, Свердловский рок-клуб открыл свой первый сезон. На концерте открытия сезона выступали группы, которые были объявлены победителями первого фестиваля: “Чайф”, “Наутилус”, “Группа Егора Белкина”.

Александр Калужский проработал администратором рок-клуба примерно год, после чего ушел с должности и стал директором группы “Наутилус Помпилиус”. На 4 года его место занял приехавший из Ижевска для поступления в Свердловскую консерваторию Рудольф Стерхов. Он был президентом ижевского рок-клуба. В консерваторию поступить не удалось, и Стерхов засел в свердловском рок-клубе на должности администратора.

Грахов и Бутусов, фестиваль СРК, 22 июня 1986 года

Фестивали в здании ДК больше не проводились (он был слишком мал). Второй фестиваль проходил в ДК “Уралмаш”, третий и четвертый — во Дворце Молодежи. В ДК Свердлова проходили творческие мастерские, на которых группы представляли свои программы, или выступали те, кто подавал заявки на вступление в рок-клуб. Принимали далеко не всех, так как многие программы были провальными. 

Надо сказать, что на первых порах свердловский рок-клуб базировался на идее полного альтруизма, денег никто ни за что не брал, и те, кто хотел помочь своим друзьям-музыкантам (техники, архитекторы, дизайнеры), делали это абсолютно бесплатно. Техники паяли аппаратуру по ночам перед концертами. Профессиональной аппаратуры в Свердловске не было, и на первый фестиваль все колонки свозили из разных ресторанов, частных квартир и ДК. У тех, кто паял эти колонки, до сих пор шевелятся волосы на голове при воспоминании о жутких ночах накануне первого фестиваля: они спали по очереди где-то за сценой, это была трехдневная и четырехнощная вахта. В результате они не только спаяли разношерстную груду оборудования, но еще и заставили ее звучать так, что можно было даже разобрать слова. 

И все это делалось бесплатно. Никаких денег, кроме сторублевой ставки администратора (сначала Калужского, затем Стерхова), у рок-клуба не было.

Но уже в конце 1987 года в Свердловске появились первые концертные кооперативы, которые начали проводить платные концерты: не те, за которые со зрителей брали деньги, а те, за которые начали платить музыкантам. Самые популярные группы, “Наутилус”, “Чайф”, “Настя”, чуть позже “Апрельский марш” и “Кабинет”, стали понимать, что музыкой можно попытаться заработать на жизнь. В рок-клубе стало проходить расслоение на группы первого ряда и на все остальные. Сначала это было довольно болезненным процессом. Клавишник “Наутилуса” Алексей Хоменко вспоминает, как в 1988 году группа возвращалась с очередных гастролей. “Наутилус” уже был в абсолютно звездном статусе, члены группы формально являлись артистами Росконцерта, но продолжали писать на своих афишах “Группа свердловского рок-клуба”.  В родном рок-клубе их встретил написанный на листочке лозунг: “‘Наутилус Помпилиус’, вон из рок-клуба, предатели чистой рок-н-ролльной идеи!”. Но такие левацко-коммунистические взгляды были свойственны не широкой,  рок-клубовской общественности, а лишь тем группам, которые сами оценивали свое творчество очень высоко, но не имели большого успеха у публики.

Рудольф Стерхов, 1989 год, фото Юлии Чернокошкиной

Фестивали свердловского рок-клуба были образцами для всех рок-фестивалей страны, потому что Свердловск всегда славился высочайшей организацией своих мероприятий. Президенты рок-клубов из Воронежа, Новосибирска, Читы и любых других городов СССР, когда приезжали (или прилетали) в Свердловск, были поражены тем, что здесь их встречали официальные автобусы с табличкой “Рок-фестиваль”, везли в гостиницы или загородные пансионаты, расселяли и кормили бесплатно. Их удивление достигало предела, когда они узнавали, что все это проводится за счет Свердловского обкома комсомола (со своим комсомолом они страшно враждовали). Свердловский рок-клуб в стране котировался настолько высоко, что в конце 1987 года именно Свердловск стал местом проведения всесоюзного семинара рок-клубов. На нем была сформирована федерация рок-клубов Советского Союза и принят устав этой федерации. Была попытка ее зарегистрировать, и все документы, составленные на семинаре, были поданы в Министерство культуры, но где-то в бюрократических коридорах дело благополучно затихло.

Несмотря на все попытки развития рок-клубов, многие понимали, что их время, достигнув своего пика в 1988 году, теперь катится вниз по наклонной. Концертные кооперативы могли организовать концерты лучше, чем любой рок-клуб, так как занимались этим профессионально. Для самых известных групп клубы оставались только местом ностальгической тусовки. Рок-клубам надо было искать новые формы своего существования, и Грахов предложил две формы деятельности СРК: работа с молодыми группами и информационный центр. В обоих направлениях была проведена довольно серьезная работа.

Группа «Смысловые галлюцинации», 1990 год

Молодые группы представляли свои программы на творческих мастерских в ДК Свердлова. Так как ДК Свердлова тоже перешел на коммерческие рельсы и начал просить деньги за аренду зала, устраивать в нем концерты стало невозможно. С 1989 года творческие мастерские стали проводить в ДК Ленинского района на Сурикова, 31. Здесь появлялись интересные молодые группы. Но единственной рок-группой из этой молодой поросли, которая заявила о себе громко (правда, только 10 лет спустя), стали “Смысловые галлюцинации”. Их первый концерт в ДК Ленинского района прошел очень громко и очень плохо, в чем сейчас признается сам Сергей Бобунец. Тогда они считали себя панками и выступали по-панковски громко и плохо. Концерт прервали на половине: просто выключили рубильник (причем, по-моему, это сделали зрители, администрация уже к такому привыкла). Но сами музыканты считали, что выступили очень хорошо. Группа “Смысловые галлюцинации” была последней, которую приняли в Свердловский рок-клуб.

Свердловский рок-клуб стал первым рок-клубом, который перешел от самиздатовской прессы к официальной — типографским газетам. В Свердловске вышла первая в стране рок-н-ролльная газета “ПерекатиПоле” (калька с названия американского журнала Rolling stone). Первый номер был отпечатан гигантским тиражом в 30 000 экземпляров, которые продавались в киоске Союзпечати по всей стране. Правда, за три года вышло всего 5 номеров, но это было огромное достижение, потому что тогдашние московские и ленинградские рок-газеты не перевалили за три номера. В конце 1990 года был выпущен справочник “Рок-жизнь в СССР”: книга, где были напечатаны телефоны, адреса всех более-менее заметных рок-групп Советского Союза, концертных организаций, рок-клубов, изданий, редакций теле-передач. Это был справочник, который был необходим, с одной стороны, директорам рок-групп для организации концертной деятельности своих коллективов, а с другой стороны, менеджерам для проведения концертов и для того, чтобы связываться с коллективами по всей стране. Это оказалось последним крупным делом рок-клуба.

Открытие очередного сезона СРК. На переднем плане — поэт Илья Кормильцев. 5 октября 1986 года, фото Дмитрия Константинова 

1991 год стал последним годом существования СРК. Обком комсомола и профсоюзы отменили свои дотации, концерты без поддержки стало невозможно проводить. Волна общественного интереса, которую вызывал советский рок в 1987–1988 годах, к 1991-му уже спала, широкие народные массы предпочитали слушать группу “Ласковый май”, а не молодых рок-музыкантов. В августе 1991-го произошел путч, после которого комсомол отобрал даже аппарат, предоставленный в пользование рок-клубу, и вскоре свердловский рок-клуб закрылся. Комната № 64 еще три года продолжала непонятным образом числиться за уже не существовавшим СРК; ключи от нее находились у Стерхова, которые в 1992 году открыл в ДК имени Свердлова первую свердловскую коммерческую музыкальную радиостанцию “Радио-Трек”. Несколько лет она базировалась в ДК Свердлова, потом переехала в другое помещение, и музыка в этом здании надолго замолчала.

В 1998 году была предпринята попытка возрождения рок-клуба, при чем по инициативе руководства ДК. Были уже глубоко коммерческие времена, и все учреждения культуры старались как-то выживать. Они предложили Стерхову возродить свердловский рок-клуб и дали Малый зал для проведения коммерческих концертов. Был даже разработан эскиз отдельного входа в зал (металлической лестницы) снаружи, чтобы народ проходил на второй этаж ДК, минуя фойе и другие помещения, создан бизнес-план. Рудик Стерхов был готов взять кредит для его осуществления, и до сих пор крестится, что не успел, потому что в августе 1998 года случился дефолт. 

На этом закончилась как затея с возрождением рок-клуба в здании на Володарского, 9, так и вся рок-н-ролльная история этого здания».
Материал из книги:
Купить
Подписка на журнал
Получите электронную версию книги бесплатно
  • Поделиться ссылкой:
  • Подписаться на рассылку
    о новостях и событиях: