На связи с Белградом

Доктор наук Эва Ваништа Лазаревич имеет 27-летний опыт в сфере преподавания урбанистики, возглавляет собственное архитектурное бюро Atelier Eva Vaništa Lazarević в Белграде, обладает многочисленными национальными и интернациональными наградами и может похвастать авторством двух книг о городской модернизации. Безусловно, за сложным трехчастным именем скрывается удивительный профессионал, которому под силу как проектирование жилого комплекса, так и организация конференции международного уровня, однако это далеко не все, что можно сказать об Эве. По случаю ее приезда в Екатеринбург в качестве эксперта ШГА, TATLIN решил встретиться с этой удивительной женщиной, которая без раздумий взялась за самый сложный кейс, и поговорить с ней о белградском архитектурном сообществе, где важное место занимают женщины, студентах-бунтарях и общих с Екатеринбургом «больных точках». 

— Эва, Вы занимаетесь вопросами обновления территорий — притом, достаточно давно. Не могли бы вы подробнее рассказать об этой теме с точки зрения как теории, так и практики?

— Облагораживание — это термин, который позволит мне ответить на ваш вопрос. У этого процесса есть своя темная сторона. Когда речь идет об обновлении города, у жителей недостаточно денег, чтобы оставаться в регенерированном районе. Поэтому чаще всего их депортируют на окраины. В Америке Джейн Джекобс написала книгу о бедствии американских городов. Это было в начале 60-х прошлого века. И она была первой, кто открыл эту проблему, впрочем, Джекобс и по сей день остается главной в вопросах регенерации общественных пространств. Потому что когда мы что-либо воссоздаем, это всегда дорого.

— Насколько я знаю, вы являетесь организатором и директором интернациональной конференции “Places & Technologies”, которая ежегодно проходит в Белграде. Расскажите, как она появилась и каковы ее основные задачи?

— И основателем! Поскольку я родом из Хорватии, а живу в Сербии, и между этими странами была нешуточная война, мы хотели смешать и воссоединить эти нации на Балканах. И, конечно, я знала деканов со всех факультетов: из Словении, Боснии, в которой военный конфликт был самым жестоким, из моего родного Загреба, Македонии, Болгарии и Венгрии. Поскольку я являюсь членом ISOCARP, я пригласила самых разных европейских экспертов, и мы сразу же получили международную огласку. На данный момент нас посещает множество людей, приблизительно 300 человек ежегодно.

Последняя конференция "Places and Tehnologies" прошла в Белграде в июне 2017 года. Однако уже известны даты проведения следующей конференции — 26-27 апреля 2018

В Белграде всегда проходят лучшие конференции, потому что у нас огромный опыт, и подразумеваются действительно серьезное структурирование и организация. Я пытаюсь найти спонсоров, что всегда довольно трудно для науки. Благодаря этим конференциям я познакомилась с большим количеством важных людей и представителями европейских научных кругов.

Я стала координатором своего факультета и программы обмена Erasmus. Люди ездят в Гданьск, в Лиссабон, в Италию, женятся там и часто приглашают меня в качестве крестной для их детей!

Я очень рада, поскольку эта конференция послужила стартовой площадкой для самых разных типов сотрудничества, не только локального, но и международного уровня. Петер Лоренс все время приезжает в Белград, как и все члены ISOCARP. Это огромный новый мир, который открылся передо мной и перед моим факультетом, поскольку я преподаю на факультете архитектуры. Там я стараюсь создать нечто вроде международной программы, но имеющей значение для студентов, а не для нас, профессоров.

— Также интересно узнать о проектах, которыми занимается ваше бюро — подавляющее большинство из них реализовано в Белграде, это первое, что бросается в глаза. Интересно узнать, каким образом функционирует белградское архитектурное сообщество, насколько оно гибкое, инициативны ли молодые специалисты?

Участие профессионалов не такое уж и большое. Поскольку в этом кругу, как правило, крутятся по-настоящему сильные и влиятельные люди, то во главе угла всегда стоит прибыль. Я президент женской архитектурной сети в Сербии, а моя хорошая подруга — президент всего архитектурного общества. Мы действительно можем многое, потому что приходят крупные инвесторы, это очень важно для нашего выживания в бедной экономике Сербии. А у них есть прямая связь с президентом, с головным офисом, с премьер-министром и мэром, которые зачастую ни о чем не спрашивают профессионалов или жителей города.

Но у нас есть сильные общественные организации, состоящие, по большей части, из моих студентов-бунтарей, которые вечно за что-то борются. Они часто выходят на улицы и протестуют.

Например, против «Белграда на воде», который является новым масштабным проектом с глобальной ориентацией, без каких-либо локальных или традиционных ценностей. Люди в гневе. Однако в той политической ситуации, в которой мы находимся в Сербии сейчас, вы ничего не сможете сделать.

Книга «Женщины в архитектуре | Современная архитектура в Сербии после 1900 года» считается первым в своем роде изданием, полноценно освещающим опыт женщин-архитекторов. Серия статей и интервью рассказывают читателю о жизни и вкладе значительного числа женщин, которые работали или продолжают работать в Сербии, начиная с первого десятилетия XX века, заканчивая сегодняшним днем. Важно место в числе героинь книги занимает Эва Ваниста Лазаревич

Но знаете, чего, например, не хватает нам в Сербии, и что есть в Хорватии? Девелопер. Девелопер должен выступать в качестве связующего звена между инвестором и архитектором, чтобы удовлетворить потребности обеих сторон. Архитектор никогда не должен общаться с тем, кто платит. Так как это приведет к самым разным случаям неправильного использования. Девелопер должен иметь дело с различными инвесторами, промышленными магнатами, архитектор — с достаточным пространством для воплощения своих идей, не всегда выполняя всех требований компаний. А их довольно много, и они часто не совпадают. Архитекторы иногда создают сумасшедшие вещи, и мы видим, что компании очень беспокоятся о прибыли, и гораздо меньше об эстетике. Так было всегда. В этом нет ничего нового.

— Кстати, о недостатках, нехватке, сложностях. В России существует серьезная проблема сохранения объектов культуры — как можно догадаться, вопрос финансирования зачастую становится основным. Однако если дело доходит до реставрации, то всегда велик риск, что исторические здания примут неузнаваемый вид — многие памятники архитектуры становятся похожими на кукольные или пряничные домики, имеющие мало общего с оригинальной архитектурой. Интересно, как дела с этим вопросом обстоят в Сербии?  

— Проблемы во многом совпадают. Я всегда говорю своим студентам, что в вопросах защиты культурных памятников не может быть дипломатии. Хотя соответствовать предложению инвестора зачастую нелегко. Мой совет: всегда сохранять здание в том же виде, в котором оно было изначально или не сохранять вообще. Потому что смешение старого и нового — это ужасно.

Эва Ваниста Лазаревич вместе с другими приглашенными преподавателями ШГА 3.0. Автор фото: Евгений Савин

Раньше я работала в городском институте охраны, всего год, и это был ужасный опыт, потому что они были настроены слишком традиционно. Я закончила свое обучение в отделе охраны культурных памятников ЮНЕСКО, в Италии. И знаете, например, в Риме находится 365 церквей. И все они переделаны под какие-то другие функции. Для них это абсолютно не проблема — сделать бар в бывшей церкви, или что-нибудь еще более нелепое. Потому что у них очень много действительно красивых зданий, и они не уделяют такое пристальное внимание огромному числу исторических памятников, как мы в Сербии, или вы в России. Мое мнение: сохранять как есть, ничего не меняя. Но для этого нужна помощь государства, потому что ни один инвестор не станет этого делать, так как это совершенно не прибыльно.

— А какие, по-вашему, у Екатеринбурга и Белграда, помимо вопросов сохранения культурного наследия, есть определенно общие «больные точки»?

— Начнем с того, что оба города выглядят невероятно похоже. У нас примерно одинаковое число жителей — полтора миллиона. Белград сейчас, возможно, приближается к двум, если брать в расчет пригороды. И в Екатеринбурге, и в Белграде можно встретить всевозможные типы зданий — от старой дачи до высотного здания. Это сплошной микс, что странно.

Если я не ошибаюсь, Корбюзье как-то сказал, что он никогда не видел такого уродливого города, как Белград.

С таким-то невероятным расположением! Сам город находится между южной Савой и Дунаем, и это расположение никак не использовалось, потому что все происходит без какой-либо серьезной стратегии. Политические изменения, гражданские войны, неудачное расположение, недостаток средств. Поэтому мэр города ищет инвесторов в Абу-даби и Израиле. В таких обстоятельствах невозможно иметь четкую структуру.

— Какой из кейсов ШГА кажется вам наиболее сложным? И достаточно ли, на ваш взгляд, студентам Школы дается времени для реального решения поставленных задач?

— Невозможно решить проблему за 9 дней. И, одновременно, 9 дней — это слишком долго для студентов, работающих «на убой». Нужны выходные или более короткий рабочий день (по 8-9 часов ежедневно). И не стоит мешать с вечерними выставками — это много для одного дня. Но структура совершенно новаторская. Я говорила об этом по радио. Я никогда не видела ни в восточной Европе, ни в России, ни в Сербии такой современной концепции взаимодействия студентов, преподавателей, экспертов, компаний и девелоперов. Я думаю, это просто потрясающая идея.

Последний день работы ШГА 3.0. Презентация итоговых проектов. Автор фото: Евгений Савин

Когда вице-президент ISOCARP спросил меня о кейсах, я сказала, что готова взять любой. И он дал мне самый сложный, потому что знал, что я смогу с ним справиться (Эва Ваниста Лазаревич работала над кейсом «Форум-групп», разработка общественных пространств в ЖК «Солнечный» — прим. ред.). Это огромная территория с большим числом проблем. Но пока все складывается хорошо. 

Подписка на журнал
Получите электронную версию книги бесплатно
  • Поделиться ссылкой:
  • Подписаться на рассылку
    о новостях и событиях: