Строительство Дворца культуры было распределено на три очереди. Выстроенный в первую очередь, так называемый, малый театр дворца с самого начала воспринимался как самостоятельное сооружение. Его зрительный зал по праву считается одним на лучших в Москве. Но только теперь, с завершением второй очереди строительства, этот «малый театр» занял слое место в архитектурном целом, — только теперь стало ясно его подчиненное значение в плане в общеархитектурном решении всего комплекса.
Дворец культуры Пролетарского района
![](/MyWeb-Image/table/articles/field/image/content-field/image_content/equality-field/id/equality/1843/width/900/height/610/1/АС1937.12-21.png)
- Текст:Д. Аркин5 июля 2024
- Добавить в кабинетДобавлено в кабинет
И все же, расстояние в три-четыре года кажется в наше время таким весомым, таким значительным, что приходится в одном и том же здании, — поскольку его строительство растянулось на несколько лет, — различить отдельные «эпохи», отдельные последовательные периоды его архитектурной истории. Малый театр, будучи и в проекте, и в натуре лишь частью Дворца культуры, кажется сегодня «предшественником» всего здания в целом. И это разграничение «во времени» отдельных частей сооружения — отнюдь не следствие какой-либо нецельности всего замысла, всей композиции, — а лишь естественный результат стремительного, убыстренного развития нашей эпохи и ее архитектуры.
Отстроенная сейчас клубная часть Дворца культуры является по
отношению к архитектуре театра как бы следующей, более высокой, ступенью.
Достоинства малого театра — ясность плана, четкость внутреннего членения
пространства (не только на бумаге, но и в натуре, в построенном и «эксплуатируемом»
здании) — поручили еще более убедительное подтверждение в архитектурном решении
клубной части. Но эта последняя, вместе с тем, содержит и новые черты, которые
прежде всего хочется отметить в краткой рецензии.
План первого этажа
Веснины избрали для клубной части простейшую схему плана: два объема, перпендикулярно поставленные друг к другу, вмещают все разнообразие клубных помещений; скрещение этих двух объемов образует «узловую» часть плана: лестницы, не скрытые клетками, распределяют поток посетителей по этажам, и этот «лестничный центр» является в то же время естественным центром всего пространства; здесь скрещиваются основные части клубного комплекса — зимний сад в первом этаже, кулуары, ведущие в клубные комнаты, в стоповую, в детский сектор, в библиотеку. Прием простейшего сочленения отдельных частей плана (скрещение корпусов под прямым углом) дополнен другим приемом: выделением отдельных секторов клуба при помощи самостоятельных входов. Помимо основного входа в главный вестибюль, самостоятельные входы имеются у датского сектора и библиотеки, кроме того, особый вход соединяет зимний сад, служащий продолжением главного вестибюля, с участком, выходящим прямо на набережную Москва-реки.
Такая схема плана дает возможность клубному зданию очень
свободно и легко «маневрировать» своими отдельными частями; одна из важных
задач, стоящих перед архитектором при планировке большого общественного
сооружения, — облегчение загрузки здания посетителями и регулирование их
потоков внутри здания, — решается здесь простыми и верными приемами. Основное
внимание направлено на легкую ориентировку каждого посетителя, попавшего в
здание, и на сокращение его «маршрутов» между отдельными частями последнего. И
эта отправная установка плана дала архитекторам верный ключ ко всему плановому
решению.
Северный фасад
Если таково построение плана в его двухмерном выражении, то, прилагая эту схему к пространственному, объемному построению, архитекторы дополнили ее другим существенным приемом. Они стремились к максимальному раскрытию пространства, к созданию в интерьере предельно открытых зрительных перспектив, и отказу от «четырех стен» там, где этот отказ практически возможен, где нет нужды в замыкании данной клеточки пространства между глухими стенными плоскостями.
Этот прием, характерный и для малого театра Весниных, реализуется в разных формах. Коридоры замечены полуоткрытыми кулуарами, из которых открывается не только одна прямая перспектива, но и боковые; лестницы, не заключенные в лестничные клетки, как бы «входят» в пространство каждого яруса; наконец, плоские крыши-балконы составляют неотъемлемую часть всей архитектурной композиции и всего планового решения.
В этой своеобразной черте нового здания смазалось, конечно,
влияние хорошо знакомого нам по интерьерам Ле Корбюзье приема «переливающегося
пространства». Этот прием занимает довольно существенное место в эстетике
Корбюзье и всего западноевропейского конструктивизма. Там он носит характер
чисто формального эффекта. Достаточно вспомнить тезис Корбюзье о «свободном
плане», т. е. о возможности кан угодно разгораживать внутреннее пространство
здания; железобетон, как подчеркивает Корбюзье, упраздняет понятие капитальной
стены и позволяет расстанавливать внутренние перегородки в любом направлении и
любой формы, — в частности, позволяет заменять стену-перегородку полустеной, т.
е. стирать жесткие границы между отдельными интерьерами, создавая «текучие»
переходы одного интерьера в другой и т. п. Корбюзье и западный конструктивизм
пользовались этим свойствам железобетонной постройки и этим приемом для того,
чтобы на этой основе извлечь из них формалистическую иллюзию «переливающегося»
пространства.
Общий вид
Веснины, исходя из тех же свойств и возможностей железобетонной постройки, пользуются этими возможностями для другой цели. Интерьер клубной части Дворца культуры приобретает больше простора, все помещения оказываются теснее связанными друг с другом, — характер общественного здания, предназначенного для большого коллектива, получает выразительное подтверждение.
К этим достоинствам общеархитектурного решения плана и
интерьера следует присоединить также ряд удачных частностей. Очень хорош
переход вестибюля непосредственно в зимний сад. Посетитель, входя в просторный колонный
вестибюль, сразу видит в перспективе перед собой полуциркульный зал зимнего
сада с прекрасно облицованными серым уфалейским мрамором стенами, с
подсвеченными фонтанами, бьющими среди зелени. Зимний сад оказывается, таким
образом, первым помещением, в которое попадает посетитель после вестибюля, — и
первое впечатление связывается с радостными пятнами зелени, веселыми фонтанными
струями, пронизанными светом, с благородной серой гаммой мрамора стен.
Посетитель с первых же своих шагов чувствует себя во дворце — в дворце
культуры, который в то же время является дворцом рабочего отдыха.
Общий вид клубной части со стороны театра
Столь же удачно найдены формы плоских крыш-террас, — обширных открытых площадок на уровне третьего этажа, позволяющих в теплое время года выносить на открытым воздух самые разнообразные мероприятия клубной работы, а также ресторан, кафе, читальню и проч. Счастливое местоположение Дворца культуры — на одном из живописнейших береговых холмов Москва-реки — придает плоским крышам-террасам особенно большое значение о комплексе всего здания.
Интересным новшеством в практике клубного строительства является обсерватория с оригинальной конструкцией вращающегося металлического купола.
Эти удачные нововведения выполнены очень тщательно и
экономно и, бесспорно, найдут себе место в дальнейшей практике строительства
дворцов культуры и клубных зданий. Однако, наряду с этими положительными
частностями, архитектурное решение веснинского здания страдает и некоторыми
упущениями. Прежде всего, в плаке Дворца культуры обращает на себя внимание весьма
недостаточное место, отведенное помещениям для клубных занятий кружкового типа.
В то время как Дворец располагает обширными помещениями, пригодными для
выставок, спектаклей, — комнат и зал, собственно, клубного типа явно
недостаточно, если иметь в виду общие масштабы здания и его расчетную
пропускную способность. Клубные работники, «культурники», которые будут вести
повседневную культурно-просветительную работу в новом дворце и руководить
кружками самодеятельности и т. д., безусловно, столкнутся с этой
ограниченностью и теснотой клубных комнат.
Галерея третьего этажа
Но дело не только в количественном недостатке
кружково-клубных помещении, но и в характере самого интерьера этих помещений.
Здесь архитекторы не пошли дальше однообразных, довольно монотонных форм,
уделив мало внимания индивидуальной разработке каждой комнаты в отдельности. В
результате эта часть дворца лишена той внутренней «теплоты», которую хотел бы
ощущать посетитель, приходя в клубные комнаты для тех или иных занятий.
Холодно-деловой, «учрежденческий» характер этих помещений плохо вяжется с
внутренним содержанием Дворца социалистической культуры, где каждый посетитель должен
получать от самого интерьера впечатление делового комфорта вместе с
эстетической выразительностью. Нужно ли было для этой цели применять какие-либо
«богатые» архитектурные формы в виде той или иной пышной отделки стек,
потолков, дверей и т. п.? Мы отнюдь не собираемся рекомендовать архитекторам
приемы этого порядка, и меньше всего они шли бы к архитектуре Весниных. Но
более тщательно разработать самые пропорции комнат, подумать о характере и
качестве их окраски, о живописи на их стенах, о типах оконных переплетов и о
других деталях, — вот что могли сделать архитекторы-строители. К сожалению, на
фоне в общем высококачественного и весьма культурного строительного
осуществления всего здания, встречаются отдельные «ляпсусы», вызывающие
недоумение. Таковы грубые, плохо выкрашенные металлические переплеты больших
окон в столовой. Такова открытая проводка трубы внутреннего стока с плоской
крыши, — трубы, проходящей через столовую. Таков не всегда тщательный подбор
дерева для дверей.
Западный фасад
Интерьеры Дворца культуры снова и скова остро ставят вопрос
о нашей мебели и об осветительной арматуре для общественных зданий. Спору нет,
определенные успехи достигнуты за последние годы (в частности, благодаря
строительству метро, сильно поднявшему качество осветительной арматуры). Но
клубная мебель остается все же достаточно топорной и неудобной, осветительные
приборы очень однообразны и повторяют типы, принятые для того же метро и для
помещений промышленного характера. Ведь такое сооружение, как Дворец культуры с
его разнообразными интерьерами, требует, конечно, своих типов и мебели, и
осветительной арматуры, притом — большого разнообразия этих типов. Архитекторы —
авторы проекта и строители Дворца культуры кое-что сделали в этом направлении:
заслуживают быть отмеченными специальная мебель в библиотеке и читальном зале,
столы-пюпитры в детской читальне и некоторые другие предметы обстановки,
выполненные по специальному заказу строительства. Однако, наряду с этими
удачными вещами, в новом дворце имеются и довольно примитивные предметы
обстановки вроде скамеек вагонного типа в столовой. Значительнейшая же часть
помещений еще вовсе лишена меблировки, и надо пожелать, чтобы эту работу, от
начала до конца, в ее проектной части выполнили архитекторы — авторы всего
здания. Что касается осветительной арматуры, то никак нельзя признать удачным
чрезвычайное обилие стеклянных цилиндров и шаров матового стекла: они хороши на
своем месте, но не в таком здании, как Дворец культуры. Очевидно, эта арматура
носит во дворце временный характер и подлежит замене другими предметами,
гораздо болев разнообразными по своим формам и приноровленными к различному
назначению тех или иных помещений дворца.
Фасад малого театра
Все эти частные недостатки внутреннего оборудования здания
не должны заслонять того отрадного явления, каков представляет собою качество
отделочных работ. И облицовка колонн утюжным мрамором, и упоминавшаяся уже
мраморная облицовка стен зимнего сада, и качество плоских крыш, и обработка
лестниц — все это заслуживает в новом дворце культуры большой похвалы. Эта
похвала становится особенно оправданной и весомой, если принять во внимание
экономическую сторону дела и учесть, что один кубический метр постройки
обошелся в среднем в 95 рублей: цифра, говорящая о весьма экономной постановке
дела и о большом хозяйственном эффекте, достигнутом на этом строительстве.
Оценивая архитектурное качество Дворца культуры Пролетарского района, мы не
можем пройти мимо показателей этого порядка. Требование экономичности
строительства — одно из важнейших требований, стоящих парод советским
архитектором в любой работе, которая ему поручается. Авторы проекта,
руководители строительства проявили большое, подлинно «хозяйское» внимание к
этой стороне дела, показав тем самым, что они правильно поняли интересы
заказчика, интересы социалистического строительства. Чрезвычайно важной чертой
нового Дворце культуры является то обстоятельство, что его авторы и строители
не прибегали ни к каким архитектурным излишествам, что они стремились добиться
высокого качества работы при наиболее экономной затрате средств. Полученный
эффект следует отчасти отнести и за счет правильной организации архитектурного
руководства стройкой: наряду с начальником строительства (т. Журиным)
непосредственно руководил всем выполнением постройки ре главный архитектор (т.
Колодный), который совмещал в своем лице и работника строительной организации и
представителя авторов проекта. Это совмещение позволило избежать столь частых в
нашей практике конфликтов между «автором» и «строителем» и добиться полного
совпадения в требованиях архитектурного надзора и самого руководства стройкой.
Гостиная клубной части дворца
Москва обогатилась новым значительным культурным сооружением. Большой коллектив строителей создавал это здание, еще более обширный коллектив трудящихся Пролетарского района повседневно следил за стройкой, помогал ей, с любовью ожидая ее завершения. Энтузиасты строительства, пять лет тому назад поднявшие вопрос о замене строго монастыря дворцом социалистической культуры, могут с удовлетворением и радостью оценить плоды своей инициативы.
Дли нашей архитектуры строительство веснинского дворца представляет собой весьма заметное событие. Оценивая это здание с точки зрения перспектив нашего архитектурного творчества, мы должны, конечно, отметить в нем целый ряд таких черт, которые уже успели отойти во вчерашний день нашего архитектурного развитии. Печать схематизма еще заметна в архитектуре нового дворца, — и этот схематизм мешал архитекторам и в поисках выразительности внешнего облика и силуэта здания, и в работе над отделкой его деталей.
В то же время архитектурное решение веснинского здания
говорит нам о здоровых и очень ценных сторонах этой работы. Наши архитекторы
вынесут из этого опыта важные уроки: уроки простоты и экономичности плана,
продуманной сдержанности отделки, четности и ясности архитектурных форм,
обходящихся без декоративных излишеств, которым и так часто иные архитекторы
пытаются компенсировать недостатки своего архитектурного замысла.
Столовая клубной части корпуса
- Поделиться ссылкой:
- Подписаться на рассылку
о новостях и событиях: