Архив после архива

С 19 октября по 25 ноября в Уральском филиале ГЦСИ открыта выставка «Архив в работе», посвященная коллекции зинов Cahier d’Artistes. TATLIN поговорил с куратором Патриком Госатти (Patrick Gosatti) за пару дней до открытия экспозиции. В своем интервью он рассказал о том, должно ли современное искусство коммуницировать с общественной средой и почему аудитории не следует дистанцироваться от культурных процессов, а необходимо переключать себя на режим онлайн.

— Как продвигается работа?

— В настоящий момент мы работаем над проекциями нескольких видео, которые являются частью архива. Взять, например, видео “Video fact”, которое будет показано в зале. По его мотивам и сделан один из зинов (берет в руки журнал). Это классное видео от ребят, которые создают коллажи из стоп-кадров известных фильмов, а затем переводят их в 3D-формат. Таким образом, зритель смотрит коллаж, составленный из фрагментов других видео. В последней работе, которую они сделали, используется старое здание, которое пустовало долгое время (теперь это художественная школа в Женеве). Ребята сделали фильм, главным героем которого стала сама архитектура. Всё действие – это летающий по дому дрон, и голос, который объясняет зрителям происходящее от лица архитектуры. Одновременно мы работаем над тем, чтобы вывести архив в пространство интернета — у зрителя будет возможность изучить коллекцию в разных плоскостях.

— Весь архив встраивается в инсталляцию художника Давиде Кашо (Davide Cascio), которую он создал специально для выставки. Она концептуально соединяет все зины в пространстве одного зала? Каким образом?

— Его инсталляция наводит хаос, но одновременно с тем организует особый порядок. Все зины «одеты» в одинаковые обложки с заголовком “Riverrun” (в переводе с английского означает «поток» — прим. ред.). Слово “Riverrun” отсылает к книге Джеймса Джойса (на самом деле, она называется “Finnegans Wake” («Поминки по Финнегану» — прим ред.)). Произведение начинается и заканчивается им. Джойс хотел создать что-то вроде замкнутого круга, пытаясь показать нескончаемость этого романа. Получилось подобие бесконечной читальной машины. Идея в том, чтобы этот выставочный зал был похож на некую разупорядоченную библиотеку, где доступ не кажется простым. В этом смысле, инсталляция как бы ведет игру с архивом.

Инсталляция Давиде Кашо. Автор фото: неизвестен

Давиде очень любит книги, журналы, библиотеки. Он играет с культурой и переводит результат в препринт — например, он может комбинировать изображения в стиле пинап с архитектурной графикой Ле Корбюзье. Я давно хотел сделать что-нибудь с ним вместе, и заранее понимал, что ему будет легко представить, как взаимодействовать с архивом, как интервенировать его в пространство.

— Имеется ли проблема непонимания современного искусства в Швейцарии? Как принимается современное искусство местной аудиторией? Существует ли в стране определенная система поддержки?

— Мир искусства — это узкий семейный круг. В Швейцарии живет около восьми миллионов человек, представьте, сколько из них художников, и сколько зрителей. Современное искусство развито на достаточно высоком уровне: есть художественные школы, к нам приезжают иностранные студенты и приглашенные преподаватели-иностранцы. В нем бурлит энергия. Государство наравне с частными организациями вкладывается в культуру, поэтому в Швейцарии действительно существует система поддержки современного искусства. У нас много крупных площадок, вроде галереи “Hauser & Wirth” (кстати, одной из самых известных в мире), которая к тому же имеет филиалы в Нью-Йорке, в Лондоне и Цюрихе. Наличие подобных институций позволяет иметь достаточно влиятельный рынок. Наш фонд Pro Helvetia, к примеру, поддерживает ныне живущих и начинающих медиа-художников. Потому что мы должны не только продвигать авторов, но и создавать связь между кураторами и художниками, развивать современное искусство в целом.

Принтскрин сайта архива Pro Helvetia

Проблема непонимания актуального искусства тянется еще с середины XX века, когда начали появляться абстракции, концептуальные практики, readymades и т.д. Тем не менее, проблема никак не решилась, и чаще всего неподготовленному зрителю сложно принять что-то новое. В связи с этим мы пытаемся организовывать встречи, через которые возникают обсуждения вокруг современного искусства. Нами проводятся мастер-классы, на которых происходит прямой контакт жителей с перспективными художниками. Мы работаем над тем, чтобы обеспечить базовые знания, объясняем, чем занимается наша организация — иными словами, стараемся любыми способами сделать более понятным художественный контент. И важно, чтобы потенциальная непрофессиональная публика располагала к этому доступ. Общественный фонд содержится на налоги населения Швейцарии. Поскольку часть полученных средств идет на культуру, люди должны иметь представление, на что они расходуются. Общество должно быть информировано.

— В рамках выставки также будет проходить обширная публичная программа — например, планируется проведение трехдневного воркшопа, посвященного работе с критическими текстами об искусстве. Как обстоит ситуация с арт-критикой в Швейцарии?

— С арт-критикой никогда не бывает просто. Наоборот, это всегда серьезный и сложный вопрос. Мы с коллегами запустили проект под названием “Critique”, нам хотелось создать первое официальное объединение людей, которые хотят заниматься арт-критикой. СМИ в Швейцарии по большей части ограничены в количестве источников, возможностей писать об искусстве очень мало. Благодаря интернету сейчас многое происходит онлайн, критические заметки укладываются в форму блога или культурного дневника. Поэтому мы задумались, что же нужно арт-критику. Ему необходимо обмениваться опытом, ведь если он не публикуется, то не имеет представления о том, кто действительно пишет об искусстве. И мы занялись восстановлением связей между арт-критиками, начали налаживать контакты с обычными газетами и ежедневными изданиями.

Фото: Ксения Смирнова

Думая о данной ситуации, понимаешь, что есть над чем работать. Сегодня можно наблюдать странный дисбаланс: у нас есть огромный массив современного искусства, корни которого уходят в  1970-е годы, но при этом мало кто его обсуждает. Поэтому, как мне кажется, важно понимать, что арт-критика может привнести многое в нашу жизнь, способствовать развитию не только широкой аудитории, но и профессиональных кругов.

— Можно ли рассматривать комментарии в социальных сетях как современную форму арт-критики, не публикуемую в традиционном формате?

— Определенно точно, это арт-критика. Есть много людей, пишущих онлайн — как правило, они не публикуются, а просто стремятся объяснять искусство или размышлять о нем. Когда ты пишешь заметку в социальных сетях — это капля в океане. Следом возникает вопрос, как сделать запись заметной, ведь она может легко затеряться. Но если есть люди, которые обсуждают художников или выставки, надо всего лишь объединить их в пределах одного сайта, который бы распространял искусство на том же уровне, что и сериалы, фильмы.

Когда вы заходите на сайт с фильмами, которые можно посмотреть в сети, то встречаете довольно много людей, пишущих о своих впечатлениях от просмотра. Но часто все ограничивается поверхностной оценкой: «Мне нравится сценарий», «Мне нравится сценография», «Мне нравится главный персонаж», «Мне кажется, эта часть была неинтересной», «Конец был восхитительный» и т.д. Для того, чтобы писать подобное, не нужно быть профессионалом.

Но вопрос даже не в качестве рецензий, а в том, почему мы не говорим об искусстве также свободно. Обсуждая кинематограф, ты можешь без труда сказать, что тебе понравилось, а что нет по тем или иным причинам. Возможно, кино больше интегрировано в нашу культурную жизнь, а современное искусство нуждается в распространении. Очень интересно, почему нам, как зрителям, комфортно говорить о фильмах, а разговоры об искусстве кажутся чем-то чересчур интеллектуальным.

Давиде Кашо. Фото: Алексей Патентный

Патрик Госатти

— Как вы выбираете, с кем из художников работать?

— Изначально объявляется конкурс на сайте, приходит около 130 заявок каждые два года, когда-то больше, когда-то меньше. Сначала мы проверяем швейцарский ли это художник или он только работает в Швейцарии. Затем происходит отбор жюри. Единственным и основным критерием является отсутствие публикаций. Если ты уже был включен в каталог какой-либо выставки, то ты не можешь подать заявку. Но автору необязательно быть молодым. Однажды мы делали выставку работ художника, которому было 55 лет. Мы понимали, что его искусство заслуживает освещения, и публикация поможет ему в дальнейшем росте. Это первый шаг к признанию не только в стране, но и за рубежом.

— Формирование художника, косвенно или нет, происходит через идентификацию времени. Какие факторы, помимо этого, играют на его становлении?

— Художник всегда находится под влиянием окружения, но одновременно на него оказывает давление глобальный опыт прошлого, то, что происходило в культуре ранее. Иными словами, современный артист всегда интегрирован в то, что принято называть историей искусства.

Подписка на журнал
  • Поделиться ссылкой:
  • Подписаться на рассылку
    о новостях и событиях: