Архитектура микроформ

Говорить о применении методик и подходов одной сферы дизайна в другой сфере дизайна можно и нужно. Базовые законы проектирования едины для всех областей материальной культуры, а в нашем гибком настоящем времени и совершенно текучем цифровом будущем все сферы деятельности предельно взаимосвязаны. Куратор программы «Ювелирный дизайн» в Британской высшей школе дизайна, основатель марки Alchemia Jewellery и архитектор по первому образованию Игорь Комов рассказал о точках пересечения архитектуры и ювелирного дизайна — сфер разного масштаба, имеющих множество связей.

Объём, а не проекции.

Приблизительно со времени рождения эпохи модерна (конец XIX — начало XX века) архитекторы всё чаще мыслят свои строения не в плоскостных проекциях, а в объёме. Другими словами, парадный фасад классицистского дома следует воспринимать стоя к нему лицом, ровно напротив. Но к особняку Рябушинского можно подойти немного с угла — и с этого ракурса он будет даже интереснее.

Чертеж Смольного института. Стиль классицизм. Архитектор Д. Кварнеги / Seal Ring. William P. Shearwood, 1936, National Gallery of Art.

Дом Рябушинского. Стиль модерн. Архитектор Ф. Шехтель / Margaret De Patta, Light in Motion Ring, rutilated quartz and onyx, 1954

Ювелирное дело — очень консервативная область, поэтому схожая метаморфоза начинает происходить в ней чуть позже, в середине XX века, и это напрямую связано с вторжением в ювелирное дело принципов дизайна. Если традиционное кольцо почти всегда «строится» симметрично вокруг камня, который является центром композиции, триггером внимания и главным предметом гордости владельца, то дизайн XX века уже рассматривает украшения не как оправу для камней, а как самостоятельную эстетическую единицу, которая может быть, например, носителем принципов Bauhaus или стать продолжением картины Кандинского. А значит, можно уйти от тотальной симметрии и единственного акцента в дизайне украшения и проектировать изделие в объёме.

Средовой подход

Архитектура существует в среде, и во все времена вопрос взаимодействия отдельного здания со средой (будь то городская застройка или природа) был открытым. И архитектурный ответ на этот вопрос выражал дух конкретной эпохи: авангардистские раннесоветские здания смело утверждали новый быт на фоне классической застройки Москвы, а уже через 10 лет сталинская архитектура будет мирно соседствовать с дореволюционными фасадами улиц, повторяя их членение и пропорции.

Для ювелирных украшений среда — это в первую очередь тело человека. Поэтому когда ювелирные дизайнеры начали осознавать наличие сложных взаимоотношений между украшением и средой (а это случилось не так давно, ведь ещё в начале прошлого века украшение было «вещью в себе»), это вылилось в экспериментирование с эргономикой изделий: «а что если посадить брошь на плечо?», «а что если браслет будет ещё и кольцом на первый палец руки?» и т.д.

Graphic line bangle, Shaked Singer / Lip ring, Sarah & Sebastian / IO, Katerina Reich

Royal Ontario Museum, Daniel Libeskind / “Articulation” neck sculpture, Ute Decker

Los Angeles Museum of the Holocaust, Belzberg Architects / Madlab Tactum bracelet

Особенно схожесть с архитектурой становится видна, если вспомнить, что тело человека и природная среда — вещи взаимосвязанные. И архитектор, проектирующий частный жилой дом на участке, сталкивается с вопросами, похожими на те, которые должен решить ювелирный дизайнер, «вписывая» своё украшение в тело. Будет ли дом возвышаться на холме или, как у Фрэнка Ллойда Райта, стелиться по рельефу? Будет ли украшение «торчать» из пальца или, как у Никки Стотт, «растекаться» по телу?

Модульный дизайн

История знает примеры модульного строительства, менее прозаичные, чем блочные пятиэтажки 1950–60-х годов прошлого века и частные дома из грузовых контейнеров. Расцветом идеи сборки многоэтажных домов и общественных зданий из готовых «капсул» и функциональных «единиц» можно считать движение архитекторов-метаболистов в Японии. В своих проектах они осваивали внушительные пространства, которые должны были заполниться многоклеточными архитектурными жилыми организмами. В действительности же им удалось построить не так много зданий, зато современные ювелирные дизайнеры активно используют идею сборки украшения из готовых единиц-модулей во всех проявлениях: от наборных браслетов до сложных колье на магнитах.

Nakagin Capsule Tower, Kisho Kurokawa / Vertigo jewellery lab, модульные украшения “Metabolism”

Параметрический дизайн

Параметризм называют новым стилем в дизайне за его узнаваемую математически-фрактальную эстетику, которую порождает использование алгоритма Voronoi, топологическая оптимизация, реплицирование паттернов и другие функции компьютерного трёхмерного моделирования. Но, наверное, правильнее было бы назвать параметрический дизайн не новым стилем, а новым методом проектирования, потому что он по своей сути кардинально отличается от классического проектирования, когда архитектор или дизайнер «строит» свой объект по своему усмотрению, а компьютер помогает ему оптимизировать его труд. Здесь же компьютер становится полноценным соавтором, а иногда и главным автором объекта, поскольку сама форма и конструкция последнего являются производной от загруженных в трёхмерный редактор параметров. Это позволяет архитектору практически немедленно, без перебора вариантов (которые теперь совершаются компьютерными алгоритмами за короткое время) получить решение, отвечающее требованиям нагрузки, площади, трафика, климата, освещения и других факторов. Те же самые параметрические алгоритмы отлично работают не только в архитектуре, но и в других видах дизайна. В предметном дизайне параметрика используется достаточно давно, а в ювелирный дизайн пришла недавно, во многом благодаря работам Zaha Hadid и сервисам Nervous System.

Wangjing Soho complex, Zaha Hadid Architects / Кольцо “The Lamellae” на два пальца. Zaha Hadid для Georg Jensen

Подписка на журнал
  • Поделиться ссылкой:
  • Подписаться на рассылку
    о новостях и событиях: